Владимир Викторович Колесов, Михаил Борисович Попов, Ольга Альбертовна Старовойтова Историческая грамматика русского языка https://www.youtube.com/playlist?list=PL2v-BURP4bRdE8xrFPh2k4NJI5z2vk6g8

… так как в это время я желал заняться исключительно разысканием истины, то считал, что должен поступить совсем наоборот, т. е. отбросить как безусловно ложное всё, в чём мог вообразить малейший повод к сомнению, и посмотреть, не останется ли после этого в моих воззрениях чего-либо уже вполне несомненного. Таким образом, поскольку чувства нас иногда обманывают, я счёл нужным допустить, что нет ни одной вещи, которая была бы такова, какой она нам представляется; и поскольку есть люди, которые ошибаются даже в простейших вопросах геометрии и допускают в них паралогизмы, то я, считая и себя способным ошибаться не менее других, отбросил как ложные все доводы, которые прежде принимал за доказательства. Наконец, принимая во внимание, что любое представление, которое мы имеем в бодрствующем состоянии, может явиться нам и во сне, не будучи действительностью, я решился представить себе, что всё когда-либо приходившее мне на ум не более истинно, чем видения моих снов. Но я тотчас обратил внимание на то, что в это самое время, когда я склонятся к мысли об иллюзорности всего на свете, было необходимо, чтобы я сам, таким образом рассуждающий, действительно существовал. И заметив, что истина Я мыслю, следовательно, я существую столь тверда и верна, что самые сумасбродные предположения скептиков не могут её поколебать, я заключил, что могу без опасений принять её за первый принцип искомой мною философии. ...

Понятие — это свёрнутое рассуждение

Людей тянет на троичные и другие множественные логики отчасти (а может быть и только) потому, что люди логику путают с этикой. Так как в процессе становления человека в начале, во младенчестве имеет место тотальная погружённость в социальное, из которого затем с возрастом выходят обнаруживая мир за пределами общества. Поэтому люди путают логику и этику по инерции, не столько понимая утверждение умом, сколько чувствуя его сердцем, воображая эмоциональный диалог, у которого есть свойство гибкости, калибровки собеседников друг под друга. ...

Я предчувствую, что, когда я умру, в бесконечном времени кто-то в нашем мире или в другой точке Вселенной снова будет ощущать себя собой, как я ощущаю себя сегодня. Эту интуицию, которая преследует меня с детства, я попытался изложить в моих книгах, особенно в «Онона». Вполне возможно, что Ницше переживал сходный опыт, думая об откровении Вечного Возвращения, и начал подозревать, что внутри Круга нет иных «Я», кроме его собственного, что все остальные — это он сам, спроецированный игрой зеркал. Кто сможет доказать обратное? Кто сможет доказать мне, что я — не Ницше, а Ницше — это не я? Кто сможет доказать мне, что, когда я умру, вне меня будут продолжать жить другие? Не будут ли эти другие проекциями моего Я или многочисленными, но ограниченными возможностями энергии в круговом движении моего Я внутри Круга Вечного Возвращения? ...