Поэзия состоит из метафор, риторически связанных рифмой, ритмом, повторением, акцентами — всем, что можно назвать неким резонансом форм, которые порождают неожиданные контекстуальные связи. Метафоры — это понятия, у которых акцентируется второстепенный смысл, как бы смещая его центр на какое-нибудь периферийное свойство или другую категориальную полку, за счёт чего и возникает иносказание как смена вектора мысли в необычном для задействованных форм направлении. Цепочка иносказаний связанных форменными приёмами и есть поэзия. Она использует пространство недосказанности, отсутствие конкретного контекста, что может порождать какой-то диапазон потенциальных смыслов оставляя пустоты для наполнения воображением. Поэтическая мысль шагает по какой-то семантической околице.

Друг друга отражают зеркала, Взаимно искажая отраженья. Я верю не в непобедимость зла, А только в неизбежность пораженья. Не в музыку, что жизнь мою сожгла, А в пепел, что остался от сожженья. Игра судьбы. Игра добра и зла. Игра ума. Игра воображенья. «Друг друга отражают зеркала, Взаимно искажая отраженья…» Мне говорят — ты выиграл игру! Но все равно. Я больше не играю. Допустим, как поэт я не умру, Зато как человек я умираю. ...

Я постоянно пытаюсь писать о каких-то формах и каких-то проблемах, но мне это плохо удаётся. Потому что языковые формы носят конвенциональный характер и должны быть социально согласованы, чтобы работать как средство передачи смысла. В противном случае это выглядит как иностранный язык. Поэтому же сложно подобрать слова, чтобы мыслить и говорить об интуитивно улавливаемых вещах, сложно их эксплицировать, неясны требования и параметры самого процесса экспликации, ты можешь это сделать для себя на своём языке, но обнаружить, что другим это ничего не даёт. ...

Википедия сообщает, что было всего три философа, которые предложили категориальную систему: Аристотель, Кант и Гегель. У Аристотеля категорий 10, у Канта 12, у Гегеля рекурсия троек. Наиболее убедительная система категорий — у Канта. Но у всех троих бросается в глаза подтягивание смысла под форму. Гегелю нравились тройки, Канту видимо дюжина. Хотя сам я не прочитал полностью ни одного из них. Доверяю экспертам, которые об этом пишут в интернетах. И может оказаться, что подтягивание производят они. Ибо, например, у Аристотеля нет чёткого перечисления категорий, он их описывает сплошным полотном рассуждений («Категории», главы 6-9). Хотя разглядеть их можно. ...

Летящая стрела неподвижна, так как в каждый момент времени она занимает равное себе положение, то есть покоится; поскольку она покоится в каждый момент времени, то она покоится во все моменты времени, то есть не существует момента времени, в котором стрела совершает движение. https://ru.wikipedia.org/wiki/Стрела_Зенона Движенья нет, сказал мудрец брадатый. Другой смолчал и стал пред ним ходить. Сильнее бы не мог он возразить; Хвалили все ответ замысловатый. Но, господа, забавный случай сей Другой пример на память мне приводит: Ведь каждый день пред нами Солнце ходит, Однако ж прав упрямый Галилей. ...