То, что сегодня мы называем научными дисциплинами, например во времена Сократа скорее всего было скудным набором из философии, искусства, ремесла и торговли. Философия стала сердцевиной остальных. Со временем отраслей научной и прикладной деятельности становилось больше, философия центральное место за собой плюс-минус сохраняла, но постепенно центр тяжести сместился в физику.
Есть такой философ сознания — Дэвид Чалмерс, который известен так называемой «трудной проблемой сознания». Он утверждает, что задача философии сознания в том, чтобы подготовить тему сознания для физики.
На примере Чалмерса можно видеть, как он представляет архитектуру наук и какое место отводит философии и физике. И это пока господствующая позиция, ибо потому он и известен, что все согласны с его формулировками.
Но дело в том, что мы уже живём совсем в другом мире, которому нет и века: центр тяжести смещается из физики в информатику. Сейчас ни одна наука невозможна без программирования.
И это закономерно. Современную физику называют физико-математической. Математика — это высокоуровневая логика и низкоуровневая лингвистика. Когда математика была слабо развита, то центр был в логике, поэтому главной была философия, как её форма. Когда математика стала развиваться, то она трансформировала философию в физику. Далее математика развивалась в алгебраическом направлении став программированием, поэтому трансформация наук теперь происходит снова, сдвигая её математическую часть в информатику.
Одновременно с этим и фокус философии становится ближе к лингвистике, подталкивая к тому, что «границы моего языка означают границы моего мира». Много людей в науке пренебрежительно отзываются о некой болтовне противопоставляя её некой настоящей науке. Проблема только в том, что это болтовня, которую кто-то производит открывая рот, но не замечая этого. И для интерпретаций экспериментов нужен язык, что тоже надо осознавать. Поэтому в наше время учёные не редко, даже при реальных заслугах, открывая рот выглядят и звучат смешно. Ибо многие чувствуют, что фокус научной активности сместился в информатику и лингвистику, в которой эти учёные плохо разбираются.