Это пример, как лингвист отрицает гипотезу лингвистической относительности , потому что так принято в его кругах. Это так потому, что оно доносится одинаково со всех лингвистических сторон, но обоснования ему нету. И насколько я понимаю тему — не будет.
Главная проблема, что воспринимают язык как нечто опциональное, дескать есть человек, а есть язык, языков много, или может вовсе не быть — человек от этого не перестанет быть человеком. При этом требуя доказательств, сами лингвисты, например, не приводят доказательств того, что человек есть отдельно от языка. А ирония судьбы тут в том, что для подобных утверждений надо открыть рот и сказать это на каком-то языке.
Русский язык в сравнении с английским, например, не имеет порядок слов. Поэтому по-русски легче сказать бессмыслицу. Для осмысленности нужно соблюсти комплекс грамматических правил. По этой же причине языковые ИИ для русского языка сложнее и потому они ниже качеством. В английском же эти правила — в основе, и легче говорить осмысленное, ибо смысл устроен как синтаксический порядок следования и сам язык тебе это предоставляет незаметным для тебя образом. Или не предоставляет.
Можно привести пример в русском языке, что значит влияние порядка следования слов. Есть разные конструкции, типа «если … то …», «… потому что …», «во-первых …, во-вторых …» и подобные. И если мы скажем «в огороде бузина, а в Киеве дядька», то сразу слышно проблему смысла — бессвязность. Грамматическая бессвязность. Которую можно преодолеть сказав «в огороде бузина потому что в Киеве дядька» — и вот уже как будто бы есть осмысленное утверждение, в котором есть причинно-следственная связь и бузина в огороде именно потому, что дядька-то Киеве… Многие люди чувствую эти возможности и злоупотребляют, выдавая свою болтовню например за философию, склеивая рандомные слова подобными конструкциями. И можно представить, что происходит, когда из этого состоит базовый функционал языка. Или не состоит. Это влияет на ход мысли и выражается в наличии или отсутствии целых социальных явлений, как например, русской философии, которой попросту нету, но при этом русской культуре от этого ни тепло, ни холодно и не факт, что философия ей вообще нужна.
Например, можно взять предложение «Наша Маша горько плачет» и переставить слова местами. В русском языке окажутся возможны все варианты, а это 4! (четыре факториал, то есть 123*4) — 24 варианта. Многие из них придётся с усилием сравнивать, чтобы убедиться, что они действительно разные. Русский человек не замечает разницы меж ними. И при этом весь комплект просто не переводим на английский в силу того, что там порядок слов важен.
Это выражается в специфическом ходе мысли русского человека, который очень часто делает всё задом наперёд, шиворот-навыворот, путая большое с малым, причину со следствием, важное с неважным. Да, это есть у всех, но у нас это вшито с сам язык и избавиться от этого попросту не получится. И это же свойство считается повышенной творческой особенностью русской культуры, способной найти решение там, где другим культурам его найти сложно или невозможно. Правильную причинно-следственную связь в русском языке в итоге надо отдельно сознательно узнавать как концепт и только тогда ты станешь замечать её и её дефекты. И это высокоуровневое знание, которое мимо сознания не может пройти в русской культуре в принципе. Но входит в базовый комплект в англоязычной культуре в рефлекторном виде и не требует осознания.