Иными словами отрицание гипотезы лингвистической относительности означает, что на любом языке можно выразить любой смысл, что очевидно не так. Есть книга «Почему языки такие разные» Владимира Плунгяна , где он, например, рассказывает про табасаранский язык, в котором что-то около 40 падежей. Естественно перевести это на русский и как-то понять, что это значит — невозможно. Собственно эту разницу демонстрирует поэзия. Которая, как любой вроде бы лингвист знает, не переводима. Ты по сути пишешь другое стихотворение на ту же тему с похожими ритмами, но не более. И именно поэзия показывает разные возможности языков. Собственно этим «наше всё» Пушкин и ценен как историческое проявление смены состояния русского языка и обретение им невероятно огромных поэтических возможностей. О чём много по-своему рассказывал Зализняк, объясняя логику перехода языка из древнерусского в русский, которая в том числе сопровождалась усложнением ударения, исчезновением целой категории звуков (палатализации), что в частности и породило звук Ё и букву, как следствие, которую «умные» лингвисты в большинстве своём не пишут и сами не знают почему. Но расскажут конечно, как в огороде бузина, потому что в Киеве дядька.