В основе прогресса лежит просвещение и его незаметная идея, что человек способен учиться новому.
Но так было не всегда. Древний мир считал, что мы не узнаём новое, а вспоминаем старое. Ибо мир совершенен, в нём не может быть ничего нового. Эта идея отражена, например, у Платона («Федон»), она же лежит в основе представлений всего Востока о перерождении, её же имел в виду Соломон говоря:
Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем» (Екклесиаст 1:9)
Конечно всегда была неоднородность понимания, были и есть разные люди с разным развитием, и многие современные знания уже могли быть известны в каком-нибудь Древнем Египте или Шумере, просто не всем. Но есть господствующие взгляды, они задают тон жизненному укладу. Это называется парадигмой.
Старая парадигма начала испытывать кризис примерно 2–2,5 тыс. лет назад. Для язычества было характерно представление о мире такое же, как о боге у современного верующего — он вечен и бесконечен, а значит совершенен, в нём нельзя ничего ни прибавить, ни убавить. Но античные философы наперебой пытались объяснить мир предлагая новые идеи. Будда предлагал выйти из бесконечного круговорота страданий. Четыре благородных истины описывают простую для сегодняшнего мира идею, что у всего есть причина и следствие, и если повлиять на причину, то изменится и следствие. Эта идея подспудно провозглашает появление того, чего в этом мире никогда не было — новизны.
Конечно, многое мы ретроспективно додумываем, поэтому кажется странным, что примерно 2,5 тыс. лет назад по миру появились мудрецы, которые совершили какую-то революцию в сознании масс. Вполне допустимо, что действительно были люди, которые осознавали проблему и намеренно решали её таким образом. Но вероятнее всего просто назрели перемены и они назрели везде. А ретроспективная оценка находит себе признаки смены парадигмы в виде выдающихся личностей подходящих под гипотезу. Тем не менее, нет дыма без огня.
Всё закончилось началом новой эры, в которой стала господствовать идея божественного откровения нового вместо вспоминания старого:
И увидел я новое небо и новую землю, ибо прежнее небо и прежняя земля миновали, и моря уже нет. (Откр.21:1)
Но и идея божественного откровения исчерпала себя в последние несколько веков, когда обороты набрал научный прогресс и просвещение, которым больше не нужен был бог, чтобы получить откровение — оно достигается научным методом, которому можно научить и научиться.