В философских кругах часто можно встретить пренебрежение к принципу достаточного основания. Оно доведено до ритуала и является одним из маркеров, по которым эти круги узнают своих. Для них согласие с этим пренебрежением считается признаком компетентности, ибо ты дескать знаешь, откуда у нас всех это убеждение.
[мем: жаль, что далеко не все поймут «что я логически опроверг логику»]
Один из примеров (возможно даже это и есть источник) — Квентин Мейясу. В своей книге «После конечности» он утверждает некий принцип фактичности:
Контингентность — это знание о возможности-быть-иной какой-либо вещи в этом мире, в то время как фактичность — лишь незнание о долженствовании-быть-так в корреляционной структуре.
Иначе говоря, фактичность представляет собой предельную форму критики принципа достаточного основания, которая заявляет не только, что онтологическое доказательство нелегитимно, но и что сам принцип непротиворечивости не имеет достаточного основания, и поэтому может быть лишь нормой мыслимого, но не возможного в абсолютном смысле. Фактичность — это «неоснование» [irraison] (отсутствие основания) данного и его инвариантов.
Смысл примерно в том, что данность индуктивна и не конвертируется в дедуктивную, что всегда есть дыра раскрытости, через которую может ворваться грубо говоря что угодно и когда угодно и поменять тебе инварианты, которыми ты измеряешь эту данность.
Это ахилесова пята философии, так как в этих рассуждениях сквозит слепота к собственному присутствию, из-за которой основание пытаются найти в онтологии. И не находят на то оснований . Ибо это рассуждение «на полшишки», оно начато с конца и не доведено до обнаружения начала.
А начало заключается в том, что:
- радикальное сомнение обнаруживает невозможность сомневаться в самом акте сомнения;
- из чего можно сделать вывод, что актор сомнения — существует;
- а из этого можно сформулировать общий принцип истинности: невозможность считать иначе;
- после этого принцип достаточного основания всегда сводится к субъекту, который проводит какие-то связи чего-то с чем-то — он и есть категориальное основание всякой онтологии, он альфа и омега, начало и конец любых рассуждений, которые всегда производятся от первого лица единственного числа.
Того факта, что в потустороннем нет посюстороннего ровно потому, что посюстороннее выражает своим существованием сам субъект — уже достаточно для утверждения: чем бы не являлось потустороннее, я точно знаю, чем оно являться не может — абсолютом, ибо в нём нет меня.