Важным является характер разницы между передатчиком/приёмником сигнала и средой.
Для устной речи источник сигнала более плотный, чем среда для его переноса. В случае письменности — в каком-то смысле наоборот.
Издавая звук мы колеблем воздушную среду, используя распространение механических волн как носитель сигнала. Среда сопротивляется, волна распространяясь затухает теряя силу (которая обратно пропорциональна квадрату расстояния от источника). Биение волн на границе двух сред является процессом получения сигнала, запечатлевая некий рисунок этого биения на теле получателя.
Для передачи письменного сигнала используется плотная среда для носителя, которому придают нужную форму, выражающую собой сигнал. Благодаря плотности используемого материала форма сохраняется долго и поэтому сигнал распространяется сквозь время на много порядков большее, чем время жизни звука в воздухе.
И это обстоятельство меняет логику работы с контентом.
В устной речи при обрыве передачи повторить нужно говорящему, а слушающему нужно находиться в пространственно-временной зоне досягаемости звука. И если сто раз происходит обрыв передачи, то повторить сто раз придётся говорящему. В случае широковещания повторить нужно на любой из частных обрывов передачи. То есть недослышал один, а повторить придётся для всех.
В случае письменной речи всё наоборот: один раз написанное — много раз читается. Получателю нужно быть в пространственно-временной зоне досягаемости материального носителя, на котором уже записан сигнал. В этих условиях обрыв передачи — это всегда обрыв чтения, которое требуется повторить получателю. Широковещание тогда означает копирование носителя с сигналом, которые читаются много раз в разное время, в разных местах и любым, кто имея возможность того пожелал сам.
Сократ отказывался от письма, но по иронии судьбы знаем мы о нём потому, что Платон о нём написал. И сделал он это две с половиной тысячи лет назад, а читаем и перечитываем мы это в том числе сегодня.