Концепция 4 причин Аристотеля ( и её аналогов ) — это один из способов понять устройство тождества и логических ошибок. Для этого нужны какие-то метрики идентификации значения, не зная о многокомпонентности которого, за полное тождество мы можем принимать частичное.
То есть идентификацию для проверки тождества можно производить на основе только полной связки свойств/причин.
И тогда значение это:
- означающее синтактики (формальная причина),
- означаемое семантики (материальная причина),
- обозначение прагматики (действенная причина).
А смысл как построение сложного значения это:
нотация, структура высказывания (формальная причина),
контекст, пресуппозиционный субстрат (материальная причина),
операция связки слов сказанного и сказывающегося (действенная причина).
Хотя, в случае речи это спорно, ибо можно сказать разными словами одно и то же, и поэтому можно говорить о тождестве речей. С другой стороны, есть множество примеров того, как одна нотация имеет способности, которой нет у другой, что говорит об уникальности одной речи перед другой, непереводимости одного в другое. С третьей стороны, переводимость может указывать на другой контекст, в котором одна речь выступает материальным субстратом, а другая формой, в которую его приводят.
«Автомобиль Волга» и «река Волга» имеют одну форму имени, но разное значение пресуппозиции. Словосочетания «автомобиль+волга» и «река+волга» уже являются действием склейки двух слов, одно из которых выступает материальной сутью, а другое его именной формой .
А вот, например, в загадке «корабля Тесея» нет загадки, так как любые заменённые доски сохраняют свою функцию материального наполнителя формы. Сама загадка построена на незаметной подмене категориального уровня: материальная причина заменяется всей связкой причин при переходе на уровень глубже и рассмотрении отдельных досок как самостоятельных явлений, а не как материального исполнения формы корабля. Любой кирпич уникален в абсолютном контексте, но в контексте стены он типичен и поэтому кирпичи взаимозаменяемы без потери качества стены.
Целевая причина всегда подразумевается как контекстуальная обусловленность, а значит в пределе нарушить её невозможно, так как всегда есть какое-то окружение средой, основания которой исходят из-за горизонта. Поэтому целевую причину нельзя определить, чтобы ни с чем её не спутать: по цепочке зависимостей у неё есть источник где-то в бесконечности будущего, из которого он притягивает всё к себе. Эту бесконечность можно разделить на этапы и говорить о ближайшей перспективе. Но при дедуктивном рассмотрении этапа со стороны, целевая причина превратится в формальную. Поэтому в связке причин — она избыточна.