Онтология политики не корениться в экзистенции как этика и не связана с её явлениями, типа дружбы и вражды. Она коренится в социальном пространстве, как взгляд на него с высоты птичьего полёта и моделирование его скрытых от глаз принципов.
Политика возникает как не этика и это чисто технический вопрос:
- либо адресной передачи сигнала «с глазу на глаз»;
- либо безадресного широковещания для любого, кто способен его воспринять.
Если ты адресуешь речь кому-то конкретно — это этика. Тебя должен слушать один слушатель, которому можно сказать «ты». Но если ты говоришь многим, то ты не говоришь никому конкретно — ты говоришь абстрактному слушателю.
Широковещание и публичность — и есть начало политики. И конец этики. Любое публично выраженное слово — политическое действие.
Враги и друзья в политике возникают как концепции политической идеологии, адаптирующей явления абстрактной сферы через личный экзистенциальный опыт, чтобы побудить к слаженной коллективной деятельности, приуроченной к видовым, а не индивидуальным возможностям.