Если быть логичным, то нельзя говорить о вещах, к которым нет никакого доступа. Например, о боге. Если бог себя никак для тебя не проявляет, если у тебя нет никаких его признаков — значит нет и оснований для него.
По такой логике можно понять мифические образцы первопричины. Хаос в греческой мифологии или Гиннунгагап в скандинавской — похожи на то, что можно назвать дедуктивной рамкой, на концептуальную пустоту, с которой начинается субъектность сознания и мысль. Ничего другого в этой мысли нет, кроме ощущения себя, идеологического горизонта картины мира и собственных пределов обывания в примордиальном «ничто».
Язык/мысль — это не то, что есть у тебя как у тела, а наоборот: тело есть у языка. В Древнем Египте поэтому логично считали, что ты существуешь пока кто-то произносит твоё имя. Пока язык тебя в себе содержит. Таким образом на социальном звёздном небе языка горит твоя звезда, на которую кто-то ориентируется.
Но если утратить даже это, то Хаос возвращается. Он обрывает всякие причины и следствия. Нет оснований утверждать то, что ты вышел из Хаоса потому, что кто-то прежде туда вошёл. Хаос представляет собой непреодолимый перелом, который не позволяет восстановить ход событий. Как чёрная дыра, которая схлопывает в себе всю информацию и единственное, что из неё выходит — перемолотый фарш испарения некогда структурированной информации, принципы перемола которой утрачены.