Стихи

Часто имеет ещё большое значенье, с какими И в положеньи каком войдут в сочетание те же Первоначала и как они двигаться будут взаимно. Те же начала собой образуют ведь небо и землю, Солнце, потоки, моря, деревья, плоды и животных. Но и смешения их, и движения в разном различны. Даже и в наших стихах постоянно, как можешь заметить, Множество слов состоит из множества букв однородных, Но и стихи, и слова, как ты непременно признаешь, Разнятся между собой и по смыслу, и также по звуку, Видишь, как буквы сильны лишь одним измененьем порядка. Что же до первоначал, то они ещё больше имеют Средств для того, чтоб из них возникали различные вещи. ...

Весь день тружусь, а ночью полупьян. Лежу во тьме и жду в молчаньи слепо, чтоб подсветила робкая заря края. Неплотны шторы, а пока пред взором лишь она — смерть непоседа. Моё сознанье будто неподвижно, но мучает его не скорбь по той любви, что не случилась с нами и не по времени, что глупо утекло. Оно страшится вечной пустоты обидного, но верного исхода, к которому мы движемся толпой, чтоб быть не здесь и быть вообще нигде… Ужасная заведомая правда. Такому страху не сыскать подобья и фокусом дешёвым не прогнать. Религия лишь молью поцелованная ширма — свидетельство бессилья пред концом. Кто дерзко поучает нас, что разум не должен малодушно так дрожать пред тем, что не потрогать, не узреть нельзя, тот сам не трясся в ужасе извечном пред мыслью о немом небытии, где некому и некого любить. Наркоз от коего немыслимо очнуться. Всегда оно маячит в поле зренья, как катаракты муторный изъян, как стоп-сигнал, что превращает вдохновенье в вялость. Из всех событий это неизбежно. Оно случится. ...

Монолог Поверь, ничтожество есть благо в здешнем свете. К чему глубокие познанья, жажда славы, Талант и пылкая любовь свободы, Когда мы их употребить не можем. Мы, дети севера, как здешние растенья, Цветем недолго, быстро увядаем… Как солнце зимнее на сером небосклоне, Так пасмурна жизнь наша. Так недолго Ее однообразное теченье… И душно кажется на родине, И сердцу тяжко, и душа тоскует… Не зная ни любви, ни дружбы сладкой, Средь бурь пустых томится юность наша, И быстро злобы яд её мрачит, И нам горька остылой жизни чаша; И уж ничто души не веселит. ...

Ночь грозой бушевала, и молний огни Озаряли гряду отдаленных холмов; Только утром я поднял безжизненный труп И зарыл под холмами, у края земли. День прошел молчалив и таинственно свеж. Ввечеру подошла непроглядная тьма, И у края земли, над холмами вдали Я услышал безжизненный голос тоски. Я пытался разбить заколдованный круг, Перейти за черту оглушающей тьмы, Но наутро я сам задохнулся вдали, Беспокойно простертый у края земли. А. Блок, 24 сентября 1900

Лодейников склонился над листами, И в этот миг привиделся ему Огромный червь, железными зубами Схвативший лист и прянувший во тьму, Так вот она, гармония природы, Так вот они, ночные голоса! Так вот о чём шумят во мраке воды, О чём, вдыхая, шепчутся леса! Лодейников прислушался. Над садом Шёл смутный шорох тысячи смертей. Природа, обернувшаяся адом, Свои дела вершила без затей. Жук ел траву, жука клевала птица, Хорёк пил мозг из птичьей головы, И страхом перекошенные лица Ночных существ смотрели из травы. Природы вековечная давильня Соединяла смерть и бытиё В один клубок, но мысль была бессильна Соединить два таинства её. ...